Финансовая ловушка, в которой оказался завод, не позволяет совершить технологический рывок. Средств на масштабную модернизацию недостаточно, и в результате МАЗ зависает между двумя рынками: его техника слишком архаична для Европы, но при этом не настолько дешева, чтобы конкурировать с китайскими брендами.

Последние предлагают не только привлекательные цены, но и гибкие лизинговые программы, а также современное оснащение даже в базовых версиях. К этому добавляются проблемы с сервисом: на фоне прозрачных гарантий и быстрого ремонта у конкурентов, перебои с запчастями у МАЗа становятся критическими для бизнеса, где простой техники оборачивается прямыми убытками.

Не менее серьёзный вызов — маркетинг и имидж. В сознании покупателей МАЗ прочно ассоциируется с советским прошлым, что автоматически означает отсутствие инноваций. Мировые бренды давно работают в цифровой среде, сотрудничают с блогерами и формируют образ современной техники, тогда как белорусский завод ограничивается участием в локальных выставках и публикациями в госСМИ. Такой консервативный подход не позволяет привлечь новую аудиторию, которая готова платить не просто за грузовик, а за технологичный продукт с качественным сопровождением.

Впрочем, у МАЗа все ещё есть скрытый ресурс — лояльность консервативных потребителей и огромный парк советской и белорусской техники, продолжающей эксплуатироваться на просторах СНГ. Эти водители и владельцы автопарков привыкли к ремонтопригодности и относительной простоте машин, и для них резкий переход на высокотехнологичные импортные аналоги не всегда оправдан.

Если завод сможет предложить им эволюционно обновлённый продукт с улучшенной эргономикой и адаптированными дизелями, у него появится временное окно возможностей. Вопрос лишь в том, успеет ли руководство им воспользоваться, пока ностальгия окончательно не уступила место прагматичному расчету.