Эрик Гафаров — основатель финансовой пирамиды «Гафаров и партнёры» в Набережных Челнах, а также ещё ряда бизнесов. Фонд делал ставки на спорт за своих инвесторов. Скандал разросился в 2020 году, когда клиентам перестали возвращать средства, а также появились дополнительные осложнения: конфликт с депутатом и возбуждение уголовного дела. Партнёры Гафарова были приговорены к пожизненному в Турции, а сам Эрик, несмотря на преследование Интерполом, находится в Нидерландах в роли политического беженца.

Вступление

В начале интервью Ксения Собчак предупреждает, что в деле Гафарова лично решила разобраться глубже, после ажиотажа в комментариях, тем более этого собственно и просил сам Эрик.

- Я не навязывалась, вы сами ко мне пришли. Мы договорились на интервью в Амстердаме. Я собиралась спросить у него лично про все подробности уголовного дела, пыток, их последствий, но главный спойлер вы уже знаете — Эрик ушел с интервью, когда мы не дошли, честно говоря, даже до его середины. Мы решили опубликовать это интервью ровно так, как оно записывалось, не меняя ничего местами, потому что Эрик очень переживал за монтаж. Уже после съемок он намекал своей аудитории, мол, Собчак сейчас что-то вырвет из контекста, перекрутит и так далее».

Как Эрик Гафаров, ещё будучи в Интерполе, оказался в Нидерландах

Гафаров попал в сложную ситуацию в Турции, и ради спасения себя и жизни других людей, а также из-за проблем с документами, ему пришлось покинуть страну. Единственный самолёт, в который бизнесмену удалось проникнуть, летел в Амстердам. Гафаров запросил убежище, находясь в розыске Интерпола, и получил его благодаря конвенциям о беженцах и пытках (их он претерпел ранее). На несколько дней бизнесмена все же заключили под стражу. Однако он быстро оказался на свободе, поскольку обвинение в России против Гафарова — экономическое, а не насильственное.

Вся произошедшая история имеет политическую подоплеку, поясняет Гафаров. По его словам, компанию ограбил татарстанский депутат-олигарх в сговоре с начальником УВД Челнов.

Об отношении к политике в России

Несмотря на тяжелое юридическое положение, Гафаров выражает критику российской власти достаточно открыто. Однако он считает это критикой не конкретных правящих лиц, а режима. Одновременно с этим он был бы рад возможности свободно встречаться со своими близкими.

— Ведь нас ограбил депутат. Представитель системы, начальник УВД города, представитель системы, он же чиновник, госслужащий. А что, я должен любить этот режим?

В ответ на намеки Собчак о том, что люди зачастую используют противостояние с Западом, чтобы придать делу политический окрас и получить убежище, Эрик отрицает — он никогда не был «суперполитичным человеком» и им не притворялся.

Насколько же этично делать бизнес на ставках?

Эрик Гафаров рассказал про последний невероятно успешный проект в Набережных Челнах, достигший оборотов в 120 миллионов долларов менее, чем за год.

- Мы добились успеха и нас ограбили депутаты, силовики, мафия, террористы, объединившись все вместе. Пытались нас убить, нас похищали, пытали, стреляли, были покушения. Я знаю, что в России нас пытаются показать чем-то злым. Но я пришёл сюда, чтобы как раз-таки рассказать правду.

О том, что бизнес был основан на ставках, Гафаров не упоминает. Однако признает: эта тема порицается, а букмекеры заставляют людей неэффективно тратить деньги. Делать ставки нужно только взрослым и хладнокровным игрокам, поскольку психологическая боль от проигрыша практически равна физической и вызывает желание отыграться. Ставить знак равно между его бизнесом, говорит Гафаров, и ставками не надо. Это противоположные вещи. Фонд занимался тем, что помогал обыгрывать букмекеров.

О знакомстве с Сухоплюевым и Ахметшиным и как появился фонд Gafarov and partners

— С Вовой [Сухоплюевым — Прим.Ред.] мы познакомились в 2014 году, в апреле. А Денис [Ахметшин] вообще пришёл на роль Вовиного помощника в 2018 году, по-моему, осенью.

Сухоплюев откликнулся на просьбу Гафарова о помощи в соцсети. В это время бизнесмен открыл ресторан «Скайлаундж». Сначала товарищи пытались реализовать неудачную рекламу для сервиса доставки, после — необычный кинотеатр, где Вова стал менеджером и буквально разорил это заведение, не заказывая новые фильм. Сдружились партнёры на фоне совместных поездок из Челнов в Казань — Гафаров не любит ездить один.

Гафаров работал в букмекерской сфере с 2007-го по 2010-й годы. Он называет себя и партнёров — родоначальниками подобного бизнеса в Татарстане. Не обошлось в интервью и без упоминания Finiko и его сооснователя Кирилл Доронина.

— К слову, наша компания Gafarov And Partners и Finiko ничего не имеют общего. Мы начали свою деятельность гораздо раньше. Он [Кирилл Доронин] у меня деньги просил на этот проект. Мы не связаны с ними никак, и мы это должны разобрать здесь, потому что многие допускают эту ошибку. Я объясню сейчас ключевую разницу. Доронин основал Finiko осенью девятнадцатого года. Мы запустили Gafarov And Partners в 2018 году, вернее, начали играть по этой стратегии, а сделали нашу компанию открытой в июле девятнадцатого [года]. Он в моём офисе сидел, презентовал Finiko и просил деньги.

Из букмекерства в 2010 году Гафаров ушел из-за неэтичности этого бизнеса, продав свою долю партнёра в 22 года.

После ухода из бизнеса ставок Гафаров собрал вокруг себя группу единомышленников, которые также были уверены в том, что можно обыграть систему.

По какой стратегии работал фонд Эрика

Через череду неудач команда нашла рабочую гипотезу, вдохновившись примером Тони Блума — британского миллиардера, занимавшегося похожей деятельностью. Он создал сеть контор, продал её и создал фонд, который занимается обыгрыванием букмекеров. Компания все ещё работает, входя в топ-10.

Гафаров подчеркивает:

— Нет ни одного человека, который потерял из-за меня большие деньги. Такого человека не существует.

И далее описывает свою рабочую стратегию.

— Это стратегия Мартингейла с тормозами. Мы собрали группу аналитиков, которые разбираются в разных видах спорта и придумали систему виз.

«Гафаров и партнёры» брали для ставок от капитала не больше семи процентов. Для более рискованных действий требовалось одобрение аналитиков — их визы. Чем больше сумма, тем больше виз нужно получить. В некоторых случаях нужно одобрение 100 процентов экспертов компании. Это люди неизвестные, но опытные. Имена не раскрывались, чтобы их не переманили.

Привлечение людей шло через «День открытых дверей», который организовывали во время крупных спортивных событий. Фонд транслировал: мы знаем результаты игры до её проведения, как это случилось в чемпионате по теннису в 2019 году. Из 15 игр в течение недели 13 закончились так, как сказали «Гафаров и партнёры».

— Но мы не просто гадали, типа, чёрное-красное, а объясняли, почему. Люди включали картинку и видели, что происходит на корте.

В ответ на уточнение Собчак о рисках и несчастных случаях вроде подвернутой ноги Гафаров говорит о том, что это уже «заложено в математику».

— Мы, имея миллиарды, на это событие ставили миллион рублей. То есть 0,01 процента. Мы были в плюсе, люди это видели, всё было максимально прозрачно, и это всё работало.

Инфраструктура фонда началась с групп в Телеграме. Имелись дропы — владельцы счетов в букмекерских конторах в основном в Европе. Клиенты подписывали договор, в котором описаны все возможные риски и тот факт, что компания ответственность за это не несёт. На первом этапе, до открытия юрлица, соглашение было «в устной форме».

Разбираем главные претензии к работе фонда. Гарантировали ли клиентам фиксированную прибыль?

Использование маркетинговых формулировок, в которых людям как будто действительно обещают прибыль, Гафаров не отрицает. Деятельность, которой занимался фонд, он назвал «системным казино».

- СМИ обвиняют нас в том, что мы якобы не ставили ставки, а присваивали эти деньги себе. Это всё неправда, это всё ложь.

Следователи изъяли технику, в которой есть все данные, которые подтверждают, что деньги не присваивались. Редакции Собчак Гафаров предоставил 622 квитанции ставок на общую сумму свыше 2,2 миллиарда рублей. В 10 раз больше изъяли во время обысков.

Гафаров также прококмментировал ход следствия по делу, которое продолжается в России. Бизнесмена обвиняют не в создании финансовой пирамиды, как думают в СМИ, а в мошенничестве — 159 статья УК РФ. «Финико», например, как раз проходили именно по делу о пирамиде — 172 статья УК РФ.

Возвращаемся в 2020 год. Как и почему против Эрика возбудили уголовное дело

Отказ в возвращении денег инвесторам компании, в частности произошедший в 2020 году, подтверждается многочисленными жалобами клиентов, которые хотели вывести свои деньги из фонда. По данным МВД по Татарстану, таких заявлений к моменту возбуждения уголовного дела накопится уже 36, ущерб составил более 43 миллионов рублей. Эрик отрицает эту информацию и считает дело сфабрикованным по указанию татарстанского чиновника и бизнесмена Равиля Миннехузина.

Гафаров объясняет ситуацию в письме редакции следующим образом: В 2019 году у Миннехузина начинаются проблемы с бизнесом. С ним Эрик поддерживает тесную связь — его в Челнах даже называют дядей Гафарова. Когда у Миннехузина происходит кассовый разрыв, он просит якобы Эрика одолжить ему денег — 60 миллионов под шесть процентов. Зимой 2020 года Миннехузин под предлогом защиты фонда знакомит Эрика с Надиром Закировым, на тот момент начальником УМВД России по Набережным Челнам, который фактически предлагает «крышевать» бизнес Гафарова. В письме Эрик своё согласие на взятки не отрицает. Он якобы покупает квартиру Закирову стоимостью 15 миллионов рублей. Фонд начинает набирать обороты, возникает то самое уголовное дело. Оно было необходимо, чтобы Закиров и Миннехузин смогли забрать деньги себе.

О возвращении пострадавшим клиентам потерянных инвестиций

Последнее время фонд занимается тем, чтобы найти деньги. Публично Гафаров пытался доказать людям работоспособность банка. После небольшого получения прибыли они выкупили у клиентов некоторые инвестиции в «Гафаров и партнёры» с комиссией «у кого-то под 100, у кого-то под 200 процентов».

Ксения Собчак набрала одного из инвесторов, которая утверждает, что Эрик не пропадал из поля зрения, и трудности в возврате денег были из-за уголовного преследования, но инвестиции в итоге ребята выкупили — не вернули, однако. Свои 100 тысяч рублей и больше в несколько раз она получила назад.

Эрика в какой-то момент переполняют эмоции и он просит прекратить интервью, называя его предвзятым, несмотря на утверждённый сценарный план. По его мнению, факты подтасованы, а Собчак «говорит с позиции силы и пытается загнать в угол».

Гафаров пытается пояснить несколько аспектов: ставки, сделанные в Макао (район Китая, где разрешено только казино), тяжбы о расписке Миннехузин о взятых в долг 60 миллионах (Эрик утверждает, что деньги лежат на ранчо депутата в «оружейной комнате»), а также говорит о том, что интервью проплачено им. Якобы, он перевел 10 тысяч долларов Анне Фиминой, редактору выпуска.

Анна демонстрирует, что деньги ей не поступали и даже если бы поступили, то приняты бы не были. То же подтверждает и Ксения Собчак.

Интервью заканчивается. Ксения в отдельном кадре утверждает, что задала не все вопросы, и задает их уже не в рамках выпуска.